FeyaPeska
Пишет NnM Fest:
07.01.2012 в 23:16


II-36. AD!Рикуо. Путешествие во времени. Попасть во время молодости отца (Ёхимэ еще жива). А-

Рикуо, как обычно, возвращался домой под утро. Хотя... Как обычно – это слишком сильно сказано. Потому как красивая синусоида, по которой он двигался – несколько экзотический способ перемещения для почти-ёкая. Но у Третьего было самое крепкое на свете алиби и самое надежное оправдание – повод был. Празднование очередной победы, вырванной у грозного противника зубами и когтями.
Отмечать это грандиозное событие было решено у гостеприимного Рьёта-Неко.
Вот тут-то и узнал Рикуо с удивлением, что перепить троих оммёдзи – дело не простое. Пусть и по очереди. Но он справился! Отстоял честь Главы Клана и Повелителя самого ужасающего (на данный конкретный момент самого ужасающе пьяного) Ночного Парада.
- Я вернулся, - гордо сообщил Рикуо, и тут же в свои крепкие объятия его принял столб ворот, в который юноша с размаху и уткнулся лбов, - Тва-а-а-ю налево! – Высказал Третий свое негодование и затряс головой. Перед глазами его все поплыло, а мир на миг погрузился во мрак. Правда, тут же из него и вынырнул, но тишина и какая-то тусклость освещения все же остались.
Рикуо недоуменно оглянулся, чуть было не потеряв равновесие от такого резкого движения.
- Опять фонари побили, сво-сволочи! И куда Кубинаши только смотрит! У, развелось тут малолетних хулиганов...
И практически на ощупь Третий стал пробираться в дом.
Отсутствие вечно заботливой Цурары у порога его несколько насторожило, но он все же решил не обращать на это внимания. Вдруг она обиделась, что он так рьяно обнимал на празднике эту оммёдзи? Вот глупая-то! Он, между прочим, не просто так лапы тянул – он политику гостеприимства и укрепления дружеских связей проводил!
- Вашу направо! – Споткнулся Рикуо о что-то валяющееся в проходе. Нет, а где все-то? Так упились, что не могут встретить своего Командира? Ну, он им покажет! Вот возьмет клей – и будут они с утра ползать дружным хороводом по дому! И кто это повесил тут эти тряпки? И что они сделали с его садом? Вот и отлучись тут после этого на войну! Что за мерзопакостные цветочки? Етить, а это что за ленточки на его любимой сакуре?
От отвращения Рикуо даже протрезвел чуток. Ну, дед! Совсем заскучал в поместье?! Между прочим, потешаться над окружающими – его личная привилегия как Предводителя Парада!
И Рикуо, в смешанной крови которого бурлило достаточное количество горячительных напитков, ловко (как ему самому показалось) завернул за угол и отправился к деду – вопрошать, кто поглумился над поместьем в его отсутствие.
В спальне старого ёкая все еще горел свет и раздавались приглушенные голоса.
«С кем он там?» - удивился Рикуо, - «Неужели с Гьюки?»
Ругаться при Гьюки не хотелось абсолютно – этот мог припомнить самому Третьему парочку его грехов. Но оставлять все, как оно было, Рикуо не собирался.
Подползя к сёдзи, он тихонько проковырял пальцем дырку, что посмотреть на позднего гостя деда.
- Аякаши-сама, - донесся до Рикуо полный страсти голос, и Третий едва сдержал удивленный вопль. Женщина??? У деда была женщина??? И судя по звукам, происходило там...
Покрасневший Рикуо начал медленно отползать назад.
- Ёхиме, любимая...
Ёхиме? Так же... Так же звали его бабушку! Что здесь вообще происходит???
Собрав в кулак всю свою волю и весь свой Страх, Рикуо мужественно прошептал заплетающимся языком «Мейкьо Шусуи» и приник к проковыренной дырке.
Это был дедушка. Определенно дедушка. Молодой дедушка... Других таких волос и такой ауры не было ни у кого, с кем Рикуо был знаком. А это была... Бабушка??? Ее портрет до сих пор хранился в маленьком домашнем храме, и Рикуо маленьким любил смотреть на доброе лицо запечатленной на нем женщины.
Что тут происходит???
Третий отшатнулся от седзи, стараясь не произвести ни малейшего шума, и тихонько отполз в сад. Там он облокотился спиной о ствол сакуры и хорошенько ущипнул себя за руку. Не помогло. Цветочки, при неярком свете луны напоминающие разбросанные на земле оладьи, не пропали. Тогда Рикуо, зажмурившись, поковырял пальцем в еще не успевшей зажить ране, оставленной командиром противника. От адской боли у него перед глазами поплыли разноцветные круги, но даже они не затмили преобразившийся сад и дом. Несчастный внук Нурарихьёна, только что увидевший процесс создания собственного отца, с размаху приложился затылком о ствол сакуры...
И в следующее мгновение на него вылилось что-то очень мокрое и очень холодное. Рикуо поднял взгляд, и он уперся в чью-то роскошную грудь.
- Кеджуро? – слабо поинтересовался Третий.
- Господин вернулся, - радостно сообщил женский голос, грудь колыхнулась, и Рикуо с содрогание поднял взгляд на дерево. Ужасные финтифлюшки исчезли с его любимой ветки, а стоявшая рядом Кеджуро, понимающе улыбаясь, протянула молодому господину пиалу с крепким бульоном.
- Спасибо, - пробормотал Рикуо, радуясь, что мир его вернулся в привычную колею. А еще он понял, что бывают случаи, когда проиграть бывает совсем не зазорно. Особенно если проигрыш не будет сопровождаться такими вот кошмарами.

URL комментария